Новости

  • 13 апр
  • 08:49
  • 2917 просмотров
печать

Проект «Круглые даты». Сегодня 105 лет со дня рождения Константина ЩЕГОЦКОГО

Сегодня, легендарному капитану киевского «Динамо» довоенной поры Константину Щегоцкому (на фото первый справа) исполнилось бы 105 лет.

В связи с этой значимой датой самое время вспомнить этого игрока, стоявшего у истоков первых достижений «бело-синих».

Константин Щегоцкий родился 13 апреля 1911 года в Москве, был четвертым ребенком в семье, рано потерявшей отца.

Начинал он играть в уличной команде, которая называла себя «полянские», по имени улицы. Гоняли мяч сначала в церковном саду, обводя не только соперников, но и деревья, затем силами игроков и энтузиастов из числа зрителей соорудили поле на месте бывшего угольного склада, примыкавшего к Полянскому рынку. Там устраивали уже межуличные сражения с «ордынскими» и «пятницкими». Бегали смотреть матчи ведущих в 20-е годы московских у которых старались заимствовать технические приемы и учились тактике. 

Любую свободную минуту Костя, если сам не играл и не смотрел матчи первенства Москвы, проводил с мячом против каменной стенки, жесткого «партнера», который за малейшую неточность заставлял бегать и бегать. Зато он же «партнер» приучил к аккуратности, точности, внимательности. 

Эта стенка стала для Константина Щегоцкого своеобразной «проходной» в большой футбол. Около нее в 16 лет он был замечен инструктором футбольного клуба «Горняк» (Горного института) и приглашен в команду, выступавшую на первенство Москвы в четвертой-шестой группе. За полгода начинающий форвард вырос из третьей команды клуба до первой. После этого он поиграл за команду завода АМО.

В январе 1933 года произошло событие, перевернувшее всю жизнь Константина Щегоцкого. Ситуация была сложной. Работа, подработки, учеба, футбол забирали много сил: Константин напоминал умирающего. Да и игра за АМО большого удовлетворения не приносила. Самые престижные матчи первенства страны проводили сборные городов и республик, а попасть в первую сборную Москвы в то время шансов не было. Там в центре нападения, несмотря на солидный уже возраст, безраздельно царил всеобщий любимец и кумир Константина с детских лет Петр Исаков, которому было за 30. И вот тут-то украинские товарищи, знавшие Щегоцкого по выступлениям за молодежку Москвы во время турне по Украине, позвали его в киевское «Динамо».

Константин решил поехать, посмотреть вблизи, что ему предлагали. Вместе с Епишиным, Путистиным, Паниным он отправился в Киев. Встретили его очень хорошо, коллектив подобрался дружный. Кстати, сборная Киева в 1932 году, во время своего турне, победила сборную Москвы на ее поле со счетом 5:2. Однако, после завершения того сезона трое футболистов из основного состава киевского «Динамо» переехали в Иваново. Туда же отправились динамовский тренер и пять сильных игроков из профсоюзных команд Киева. В общем, случилось так, что Константин думал поехать в Киев на месяц-другой, а остался на всю жизнь. Да и не последним аргументом было решение материального вопроса: у НКВД тогда возможностей было явно побольше. 

В «Динамо» Щегоцкий быстро стал основным игроком и капитаном команды, что накладывало множество дополнительных обязанностей. Ведь института тренеров в начале 1930-х годов не существовало, и капитану приходилось быть начальником, тренером и администратором команды. Словом, ее организатором и руководителем. 

Константин Щегоцкий выступал за сборные Киева, Украины, СССР. В составе украинской команды, в 1935 году впервые представлявшей советский футбол во Франции, участвовал в известном матче, когда со счетом 6:1 была разгромлена профессиональная команда международного класса «Ред Стар». 

А летом 1936 года в Киеве начались съемки ставшего в дальнейшем очень популярным комедийного художественного фильма «Вратарь». Почти вся команда киевского «Динамо» поучаствовала тогда в создании этой легендарной киноленты. Кто-то сыграл роль футболистов «Черных буйволов», кто-то выступил в роли игроков сборной СССР. Щегоцкий, в частности, выводил «советскую сборную» в качестве капитана, а также «сделал пенальти» - то есть сыграл рукой в своей штрафной. 

Летом 1937 года Константин принимал участие в составе московского «Спартака» во встрече с басками, семеро из которых входили в состав сборной Испании. Команда Басконии, разгромившая до этого обладателей Кубка СССР 1936 года «Локомотив» со счетом 5:1, а также дважды выигравшая у победителей весеннего первенства страны-1936 и вторых призеров осени московских динамовцев 2:1 и 7:4, уступила «усиленному» «Спартаку» 2:6. 

В 1937 года Щегоцкий в числе 11 советских футболистов, включая Петра Дементьева (Пеку), трех старших братьев Старостиных, Сергея Ильина, Станислава Леуту, Анатолия Акимова и других был награжден орденом «Знак Почета», как тогда писали «за большие заслуги в деле развития советского спорта». В числе награжденных в Кремле вместе с футболистами в тот раз были Маршал Советского Союза В.Блюхер, академик-офтальмолог В.Филатов, скульптор В.Мухина. 

Вот, что было написано тогда в спортивной газете журналистом О.Витом: «…Центрфорвард Константин Щегоцкий – человек неимоверной работоспособности. Во время матча его можно видеть везде, на всех участках поля. И везде он полезен. Он замечательно комбинирует, мастерски бьет по воротам. В горячую минуту – спокоен. Напористый, но рассудительный, хорошо обводит, но никогда не «заводится», не теряется, всегда вдохновляет команду, воспитывает в ней волю к победе. Он не теряет бодрости, когда команда проигрывает, не зазнается при победе. Блестящий центрфорвард и замечательный капитан. Один из умнейших игроков на поле и, по-видимому, сильнейший центр нападения в Советском Союзе. Ему 26 лет». 

Несмотря на блестящую спортивную карьеру в «Динамо», сослуживцы готовили Щегоцкому свой «сюрприз». В августе 1938 года после матча с ленинградцами к Константину подошли двое, представились сотрудниками НКВД и пригласили на прием. Тот «прием» длился пятнадцать месяцев. Кто-то донес, что простой московский парень с Большой Полянки является сыном польского графа, сотрудничающего в Варшаве с польской разведкой. Следователь кричал: «На кого работаешь? Чей ты шпион? Польский, румынский, португальский?». И каждый раз бил ножкой от стула. На всю оставшуюся жизнь запомнились Константину Васильевичу интенсивные допросы, длившиеся двенадцать суток в 21-й комнате на четвертом этаже здания НКВД УССР. Двери там были тяжелые, дубовые, и когда ими зажимали пальцы правой руки, Константин падал в обморок. Но на все вопросы отвечал «Нет». Выбить признания палачам не удалось. Исхудалый, почти без сил, но счастливый, что полностью реабилитирован, вышел он на волю через год и три месяца. Спустя два дня ему вернули документы и орден. Надо было начинать новую жизнь: семья, спортивная слава, спортивная форма, квартира в Киеве были потеряны. 

Константин вернулся в Москву. Мать не отходила от своего «мизинчика», сестры и брат поддерживали, как могли. В этот трудный час Щегоцкий не остался без поддержки футбольных друзей. Пригласил его к себе Николай Старостин, предложил денежную помощь, работу в «Спартаке», пообещал квартиру. 

Несмотря на плохое физическое самочувствие, Щегоцкому было трудно в 28 лет смириться с окончанием футбольной карьеры и связанных с ней надежд. Во время недельных раздумий он получил телеграмму из Киева и страшно обрадовался. Начальники команды «Динамо» приглашали на переговоры. Три часа длилась беседа, Константина убеждали, что он будет полезен команде, напоминали о любви болельщиков. И Щегоцкий согласился. Мацестинские ванны и усиленное питание помогли ему набраться сил к сезону 1940 года. Он выступал за основной состав бело-голубых, который, к сожалению, не смог подняться выше 8-го места в первенстве страны. 

В 1941 году до начала войны было сыграно 73 матча первенства СССР. Именно в воскресенье, 22 июня, должно было состояться торжественное открытие нового стадиона в Киеве на 50 тысяч мест. Все с нетерпением ждали матча с ЦДКА, которому динамовцы к тому времени ни разу не проигрывали (7 побед и 2 ничьи). Но ночью Щегоцкому позвонил друг и сообщил о нападении Германии. 

Матч, разумеется, не состоялся. Со стадиона разошлись по военкоматам. Щегоцкий получил отсрочку от медиков, давали себя знать последствия пребывания в звании «врага народа». Он принимал участие в организации эвакуации родных и детей игроков команды, работал под началом будущего руководителя Украинского штаба партизанского движения, до последних дней перед сдачей Киева трудился в пожарной охране. Получив указание покинуть город, Константин Васильевич присоединился со своим отрядом к одной из последних частей регулярных войск, оставлявших Киев. Это было в разгар киевского бабьего лета 19 сентября 1941 года. 

Уже в районе Борисполя начались регулярные налеты немецкой авиации. На пригородном шоссе царила паника и неразбериха. Заглохшие машины просто сталкивали в кювет. Позднее более-менее организованная колонна отступающих подверглась нападению фашистских танков, замыкавших киевский котел, и была рассеяна. Вместе с несколькими уцелевшими попутчиками Константину пришлось прятаться в лесу, дожидаться темного времени суток и двигаться на восток. Как он вспоминал позднее «Никогда не думал, что на украинских землях столько болотистых мест».

Вряд ли Щегоцкий и его товарищи по несчастью выжили бы без помощи селян, которые даже в присутствии гитлеровцев не отказывали беглецам в еде и ночлеге. В один из первых дней пути сельский дед поделился крестьянским бельем, достал сорочки, пиджаки, картузы, ботинки такого фасона, что отступающие ничем не отличались от селян. Орден пришлось привинтить к трусам. Через 67 дней после отъезда из Киева, пройдя испытания холодом, голодом, осенней сыростью, неизвестностью, Константин Щегоцкий и единственный оставшийся с ним товарищ вышли в расположение танковой части, в контратаке отбившей село под Ростовом, и сразу попали под жесткую проверку. 

Константина выручил орден, спрятанный в нижнем белье. Трудно было узнать известного спортсмена в грязном, оборванном, в ботинках, подвязанных проводом, человеке, обросшем густой бородой. 

Далее с отступавшими войсками пришлось двигаться в Луганск, а оттуда – в Махачкалу и, наконец, в Казань. Здесь в 1942 году была создана команда «Динамо», в которую включили оказавшихся в городе футболистов из Киева, Москвы и Ленинграда. Чемпионат страны не проводился, но в Омске, городах Средней Азии, проводилось немало турниров и товарищеских встреч. Народ любил футбол и ходил на него даже в военное время. Сам факт проведения соревнований вселял уверенность в победу над врагом. Позднее, в 1943 году, Щегоцкого назначили инструктором войсковой физической подготовки большого подраздела пожарной охраны Ташкента, а по совместительству – тренером всех динамовских команд Узбекистана, что предполагало организаторскую работу по футболу в Ташкенте и всей республике, в том числе составление календарей розыгрыша первенства и Кубка города, республики, судейство матчей, разбор конфликтов и, конечно, работу с футболистами. Параллельно он продолжал играть за динамовцев Ташкента.

В начале августа 1945 года Константин Васильевич был вызван на переговорный пункт телефонной станции, где узнал, что центральный совет общества «Пищевик» предоставил ему должность начальника и старшего тренера команды мастеров класса «Б» - одесского «Пищевика». Так состоялось возвращение Щегоцкого на Украину. Позднее, в 1947-1948 годах, Константин Васильевич вместе с Михаилом Бутусовым тренировал киевское «Динамо», практически воссоздав команду заново.

www.fcdynamo.kiev.ua

СПОНСОРЫ И ПАРТНЕРЫ